Записки профессора Ю. П. Петров

У нас вы можете скачать книгу Записки профессора Ю. П. Петров в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Автор — профессор, научный работник, известный изобретатель — рассказывает о своей жизни, о трудностях, стоящих на путях становления инженера и научного работника, и о способах их преодоления, рассказывает о научных учреждениях и учебных заведениях, в которых пришлось работать, об опыте участия в общественной и политической жизни, об интересных людях, встречавшихся на его жизненном пути.

Настоящая книга предназначена для тех, кто интересуется техникой и наукой, и особенно — их внутренним развитием. Все мы знаем, что постоянно появляются новинки техники, которыми мы с удовольствием пользуемся, знаем, что эти новинки создаются на основе научных разработок и открытий.

Но как создаётся новая техника, как выполняются научные исследования, что препятствует им и что помогает — обо всём этом я рассказываю на основе своего опыта, опыта богатого, поскольку судьба подарила мне возможность проработать в технике и науке более 55 лет, позволила побыть и моряком, и изобретателем, и профессором.

Надеюсь, что эта книга поможет студентам, молодым инженерам и научным работникам лучше узнать не простой механизм научных учреждений и высших учебных заведений, позволит избежать хотя бы части ошибок, которые в большом количестве делал я. Надо всегда помнить, что человек вырастает из семьи. Поэтому первая глава книги — это рассказ о семье, о людях, которые жили в столь не простую первую половину ушедшего двадцатого века.

Сейчас осталось уже не много людей, хранящих живую память о тех тяжёлых временах, и надо воспользоваться возможностью ещё раз рассказать о них. Я происхожу не из дворянской, а из крестьянской семьи, поэтому отдалённые предки мои мне не известны, в глубь времён память меня не ведёт. Я знаю только, что в конце 19 века в небольшой деревне недалеко от Волги, на самой окраине старинного русского города Рыбинска жил мой дед — крестьянин Павел Иванович Петров.

Был он женат на дочери священника — Софье Васильевне Лапиной, и молодая семья жила обычной трудовой крестьянской жизнью. Все три старших сына Павла Петрова, с юных лет помогая отцу по крестьянскому хозяйству, не получили даже начального образования.

Уже в году, когда у старшего сына Фёдора подрос свой сын и пошёл в школу учиться грамоте, вместе с ним пошёл и отец; отец и сын одновременно постигали грамоту и счёт. Однако со временем материальное положение семьи улучшилось, да и близость быстро разраставшегося города Рыбинска позволяла не только крестьянствовать, но и заниматься торговлей. Поэтому когда в году после трёх сыновей в семье последней родилась единственная дочь — Любовь, то её уже отдали учиться — сперва в епархиальное училище, а затем и в гимназию, которую будущая Любовь Павловна — моя мать — кончила в году.

То, что она училась в гимназии, а братья её не были даже тверды в грамоте, создавало известное отчуждение между ней и братьями, которые к тому же были существенно старше её. Дружбы между сестрой и братьями не было. Гораздо ближе юной гимназистке была семья её дяди — брата матери Варфоломея Васильевича Лапина, который ещё молодым уехал в Петербург, где стал потом одним из первых деятелей зародившегося в России после революции года профсоюзного движения, много лет возглавлял один из профсоюзов трамвайщиков.

Варфоломей Васильевич работал слесарем в трамвайном депо, но детям своим стремился дать высшее образование. Варфоломей Васильевич работал слесарем в трамвайном депо, но детям своим стремился дать высшее образование. Кроме старшей дочери Августины, рано вышедшей замуж, младшая дочь Наталья стала учительницей, сын Александр — бухгалтером, младший сын Иван успел до года кончить три курса Политехнического института.

Все они часто приезжали к родственникам в Рыбинск, рассказывали о Петербурге, и путь молодой девушки, только что неплохо окончившей гимназию, был предопределён — конечно в Петербург, конечно учиться. Наверное, она поехала бы в Петербург в году, но вмешались революционные события. В году после Февральской революции года, ещё будучи гимназисткой, мама с увлечением бегала на митинги различных политических партий, внимательно слушала ораторов, стараясь разобраться, на чьей стороне правда.

Потом она рассказывала мне, что наиболее убедительными ей казались ораторы — большевики. Гражданская война не обошла семьи Петровых и Лапиных. Все три брата матери — мои дяди, ушли в Красную армию, воевали. Брат Михаил был тяжело ранен, остался инвалидом, без ноги. А вот в семье Варфоломея Лапина произошёл раскол: Александр Варфоломеевич вступил Коммунистическую партию, а молодой Иван Варфоломеевич — в году студент Политеха — в числе многих студентов ушёл в белую армию, а после её поражения вместе с полками Врангеля из Севастополя эвакуировался в Болгарию и остался там.

Техническое образование, хотя и незаконченное, хорошо помогло: В году Иван Варфоломеевич уже руководил установкой электрического освещения во дворце болгарского царя в Софии. До этого даже царский дворец освещался только свечами и керосиновыми лампами. Потом после дворца настал черёд перевода на электричество жилых домов Софии, работы для электрика было много. Иван Варфоломеевич стал в Софии известным и уважаемым человеком, женился на болгарке и дети его — я их увидел в году — уже болгары, по-русски ещё говорят, но с трудом и неуверенно.

В ходе гражданской войны Рыбинск не переходил из рук в руки, но всё же в июле года там был вооружённый мятеж, его подавляли артиллерийским огнём, батарея стояла около родительского дома. А было ей тогда 17 лет.

В году она поехала в Петроград, поступила на естественное отделение Педагогического института. Наибольшее впечатление осталось у неё от лекций Ивана Петровича Павлова. Огромная аудитория а среди слушателей было не мало членов партии молча слушала.

Коммунисты только откладывали перья и не записывали критических замечаний И. Математику преподавал доцент Григорий Михайлович Фихтенгольц. Через 30 лет профессор Фихтенгольц вручал мне грамоту победителя городской Олимпиады школьников, а ещё через два года я постигал тонкости математики по его замечательному учебнику. Петроград в году казался пустынным и вымершим. На булыжных мостовых между булыжниками пробивалась трава. Очень много жителей уехало из Петрограда, потому что в городе было голодно.

Студенты получали хлебный паёк, но очень маленький, скудный, а прикупить на рынке стоило очень дорого. Мама писала родителям в Рыбинск: Поселили студентов в общежитии в самом конце проспекта Красных Зорь так именовался тогда сегодняшний Каменноостровский проспект. Оттуда студентки босиком бегали через весь город в Мариинский театр. Перед театром туфельки надевались на ноги, пайка хлеба вручалась камердинеру, а он пропускал на галёрку. С упоением мы слушали Шаляпина.

Но если дневная паечка хлеба отдавалась камердинеру, то здоровье от этого никак не укреплялось. Мама заболела, пришлось прервать учёбу, вернуться в Рыбинск. В Рыбинске она проучилась два года в местном среднем педагогическом училище, это давало право преподавания в начальной школе.

В году Иван Варфоломеевич уже руководил установкой электрического освещения во дворце болгарского царя в Софии. До этого даже царский дворец освещался только свечами и керосиновыми лампами.

Потом после дворца настал черёд перевода на электричество жилых домов Софии, работы для электрика было много. Иван Варфоломеевич стал в Софии известным и уважаемым человеком, женился на болгарке и дети его — я их увидел в году — уже болгары, по-русски ещё говорят, но с трудом и неуверенно.

В ходе гражданской войны Рыбинск не переходил из рук в руки, но всё же в июле года там был вооружённый мятеж, его подавляли артиллерийским огнём, батарея стояла около родительского дома. А было ей тогда 17 лет. В году она поехала в Петроград, поступила на естественное отделение Педагогического института. Наибольшее впечатление осталось у неё от лекций Ивана Петровича Павлова. Огромная аудитория а среди слушателей было не мало членов партии молча слушала. Коммунисты только откладывали перья и не записывали критических замечаний И.

Математику преподавал доцент Григорий Михайлович Фихтенгольц. Через 30 лет профессор Фихтенгольц вручал мне грамоту победителя городской Олимпиады школьников, а ещё через два года я постигал тонкости математики по его замечательному учебнику.

Петроград в году казался пустынным и вымершим. На булыжных мостовых между булыжниками пробивалась трава. Очень много жителей уехало из Петрограда, потому что в городе было голодно. Студенты получали хлебный паёк, но очень маленький, скудный, а прикупить на рынке стоило очень дорого. Мама писала родителям в Рыбинск: Поселили студентов в общежитии в самом конце проспекта Красных Зорь так именовался тогда сегодняшний Каменноостровский проспект. Оттуда студентки босиком бегали через весь город в Мариинский театр.

Перед театром туфельки надевались на ноги, пайка хлеба вручалась камердинеру, а он пропускал на галёрку. С упоением мы слушали Шаляпина. Но если дневная паечка хлеба отдавалась камердинеру, то здоровье от этого никак не укреплялось. Мама заболела, пришлось прервать учёбу, вернуться в Рыбинск.

В Рыбинске она проучилась два года в местном среднем педагогическом училище, это давало право преподавания в начальной школе. Преподавание дало заработок, удалось подкормиться, поправить здоровье. Хотелось учиться дальше, но было трудно. Отец мамы мой дед умер, приходилось рассчитывать на собственные силы. Началась длинная эпопея учёбы. Год мама работала в школе, подкапливала денег, затем училась год в Ленинграде, снова возвращалась в Рыбинск преподавать в начальную школу больше, чем на год, денег не хватало.

Такая учёба с перерывами тянулось до года.